Утром еду на работу. Уже почти не сонная - работа приближается, постепенно просыпаюсь. Вот и станция знакомая. Выхожу из вагона, платформа, эскалатор, лифт наверх. Если к лифту подъезжает коляска с ребёнком или инвалид, иду на другой эскалатор - мне всё равно, а им лифт - единственный путь наверх. В этот раз нет колясок. У лифта стоит дама со светлым чемоданчиком на колёсиках. Отмечаю про себя - волосы, наверное, парик. Многие афроамериканки, чтобы не заморачиваться с парикмахерскими, носят парики. В целях экономии времени и денег. Симпатичная блузка, плащик нараспашку, хотя довольно прохладно. Я вон утеплилась, как на северный полюс, чем пугаю всех американских сотрудников: "Ведь ты же из России!" Вот именно! Итак, дама. На груди два украшения - небольшой золотой крестик и "брульянт" во всю грудь, каратов эдак на 500, ну, может, слегка меньше. Входим в лифт. За нами заходят мужчина и женщина. Женщина с "брульянтом" явно смотрит на меня, но я делаю вид, что занята своим телефоном, что почти правда. Была занята, пока не почувствовала, что мною интересуются. Уже наверху, но до того, как лифт остановился,  спрашивает меня:

- Ты знаешь как пройти к зданию ФБР?

Я поднимаю взгляд на неё, чтобы переспросить. Но вспоминаю, что на каком-то из офисных зданий видела эту надпись, даже помню на каком.

- Да, знаю.

Она подносит палец ко рту:

- Шшшш, - говорит, - у меня инструкции, доверять никому нельзя. Кроме Бога.

Я понимающе киваю.

- Я покажу куда идти, - отвечаю.

- Шшшш..., - ещё раз говорит она, - ничего не говори, нас могут услышать.

Наверху показываю ей в какую сторону идти. Если идти прямо по направлению, которое я показала, надо сначала взобраться на метровый бордюр от газона. Женщина недоверчиво смотрит на меня.

- Можно обойти вот здесь, - поясняю.

Она с облегчением вздыхает:

- Это хорошо, я думала ты показала туда...  Откуда ты? - спрашивает.

(мой акцент никогда никуда не денется, но я уже привыкла).

- Из России, - отвечаю.

- У тебя есть брат Владимир?

- Нет.

- Как зовут твоего брата?

- Его зовут иначе.

- Значит, Путин не твой брат?

(Какая прелесть!) Серьёзно отвечаю:

- Нет, не мой.

Женщина разочарована.

- Знаешь, кто я? - спрашивает.

- Нет, не знаю. (Я вообще никто, ничего не знаю и звать меня никак  )

Она наклоняется ко мне, смотрит в глаза и заговорщицки сообщает:

- Я - настоящая Кандиз Ви Уильямс, единственная женщина во всей Америке, которую уважает Путин. Остальные только называют себя моим именем, но я - настоящая. Запомнила?

- Да, - говорю. Проносится мысль: селфи с "настоящей" было бы круто, но пора, мне пора. Кажется, её состояние заразно. Потом, селфи, наверное, не сочeтается с конспирацией. А то придётся телефон съедать. Мне интересно узнать что ещё уникального в этой даме, нo надо торопиться. Она видит, что я готова уходить.

- Значит, туда? - уточняет.

-Туда, - отвечаю ей.

Настоящая Кандиз Ви Уильямс. Надо запомнить. И ещё: доверять она решила только Богу и мне. Несмотря на какие-то инструкции. О как!