"...Одна из самых быстрых и незатейливых бильярдных игр - "американка", где все шары равны, - как биток, так и номерные. А одна из самых сложных, - партия в "русскую пирамиду", где роли битка и номерных шаров весьма жестко расписаны. Переходной фазой от "американки" к "пирамиде", заслуженно считается "московка".
Биток является главенствующей фигурой на столе, в то время, как номерные шары равны".
"Введение в бильярдные игры"

ятница, пятое марта. Что может быть разнузданней и торжественней предпраздничной пятницы? Только пять дней праздника. В такой день у предприятий сокращенный рабочий беспорядок, который то и коротким назвать нельзя.

Уже к одиннадцати дня, фирмы, занимающиеся доставкой блюд к столу празднующих, потеют без аспирина UPSA, магазины и киоски, отпускающие горячительные напитки различной горячности, с утра стонут от желающих напиться сей же час, и от перегара тех, кто еще накануне был рад предстоящему празднику. По всем структурам - как коммерческим, так и бюджетным - грохочет музон, летают пробки от шампанского, как ракеты средней дальности, бурлит и пениться пиво, булькает в стопариках водочка, по стенкам фужеров струится коньяк.
У всех работающих и неработающих, а также у бомжей и глав политических институтов уже с утра нос в табаке, не говоря о легком и тяжелом "шофэ".

И наша контора не пропускает ни одного праздника, а женского - тем более. Выпивка и фрукты закуплены с утра (проба снята по приносу их в холодильник), заказан к двум часам хавчик к столу в близлежащем кафе. Народ, бездельно кружа по этажам, прикладывается к спиртному в дружественных конторах, не забывая бегать в соседний ларек пополнить запасы алкогольной продукции. Предпраздничная суета сует.

...И то ли от кризиса в экономике, или от надоевшего безделья, наша контора надралась уже к восьми вечера, при этом не забыв посидеть за столами соседних фирм, также до безобразия резво набузгавшихся водки... Наши дамы в девять засобирались по домам, а джентльмены, отдавшись "шлее подхвостной", пошкандыбали в какой-то ночной клуб.
На предложение прокатиться вместе с ними, я отказался, ибо не был настолько пьян, как хотелось, да и настроение моё было близко к хмурому. Я задумчиво шатался по офису, попутно убирая со стола.
Домой идти не хотелось, в и-нете сиделось вяло, поэтому я достал початую бутылку коньяка, и неприлично отоварил грамм сто пятьдесят за раз. Вместо ожидаемого подъема подвалила мерзкая тупая скука с осоловелостью. Я медленно грыз свининку на косточке, и сам про себя пакостно клял всю нашу пошлую жизнь.

Мои глубокомысленные размышления прервал телефонный звонок. Звонили "датые" сотрудники, уехавшие "покутить куда - нибудь в ночное":
- Саняра! Ты слыхал, что недавно открылось одно новое заведение, где витает дух табака, алкоголя и продажных женщин? - заверещала телефонная трубка.
- Где это?
- Да старый ресторан "Театральный"!!!

Хм... Как не знать? Это тот район, где прошла моя юность. Отвечаю вяло:
- Ну, знаю, и что?
- Там надстроили третий этаж. На третьем - кабак, на втором - булкотрясная со стриптизом, а на первом козырный бильярд, столы обалдеть, выровнены "от и до", барчишка грамотный. Давай подкатывай, шары погоняем!
Положив, трубку, у меня внутри вдруг организовался душевный подъем - и пессимизма как не бывало! Я резво оделся, и уже через полчаса так же проворно скинул верхнюю одежду гардеробщице в бильярдной.

...Моих собутыльников я там не нашел.
Подниматься выше не стал, а уселся рядом со стойкой бара, выхлюздил коньячишко, и, потягивая напиток вперемежку с кофейной сигаркой, стал оглядывать зал. Двенадцать больших столов, действительно, очень грамотных английских изделий из тика, с похвальным сукном.
Заметил знакомых, раскланялся. Захотелось погонять шары, но свободных столов не было. Однако, через пятнадцать минут я узрел, что одно из полей оккупировала какая то девушка и бесцельно катает мячики.
Взяв у маркёра кий, подруливаю к столу и галантно рассыпавшись в извинениях, предложил ей составить компанию, с условием, что стол оплачиваю я. Она согласилась. Разбили "американку". Девушка любезно позволила угостить её джином, а мне снова горло радовал коньяк.

...Шары клала она неплохо, но с некоторой неуверенностью, впрочем, как и я, еще не привыкший к игровому полю и отскоку.
Между тем, взгляд мой постоянно косился на внешность партнерши. Нельзя было назвать её красавицей, все среднее, но выглядело очень гармонично: рыжевато-русые волосы, не длинные и не короткие, до плеч; лицо с отличной белой кожей, - достаточно миловидное, но без особых претензий на красоту; пропорциональной длины крепкие ножки, облаченные в юбку чуть длиннее, чем "мини"; фигура - не тяжелая, но и не миниатюрная, с приятной талией и достаточно развитым плечевым поясом; а вот грудь...
Хм-м, это что-то! Обрамлена в не скромный, но и не разнузданный вырез: когда девушка наклонялась над столом для удара, мне казалось, что на игровое поле выпадут дополнительные ослепительно белые, приятного размера, шары...

Она все более и более притягивала взгляд.
Колотил я не "абы-кабы", довольствуясь не сколько игрой, а скорее лицезрением столь приятной соперницы. Я намеренно отходил к шаровой полке, чтобы полюбоваться её ногами, когда дама тянулась до дальнего шара, и когда непослушная юбка приподымалась, дразня мой взгляд открывающимися прелестями. А когда она ставила тяжелый конец кия на носок собственной туфельки, и он торчал как древнее копье, невольно вспоминался образ Валькирии из "Песни о нибелунгах", которые великолепно иллюстрировал, по-моему, Верейский.

...И надо ли рассказывать, что увлеченный такой картиной скандинавской богини - не утомленной красотой, но полной достоинства - я достаточно быстро и незаметно для себя согласился играть "на интерес".
Она постоянно выигрывала у меня два шара. Как потом я понял, что класс игры у нее гораздо выше моего. Не жалко, что проиграл ей некоторое количество российских дензнаков. Я был в полуобмороке от удовольствия наблюдения за целеустремленной, великолепной женщиной.

Через некоторое время она засобиралась, да и вообще-то было уже поздно. Я разочарованно попросил встретиться еще раз, мотивируя тем, что мне хочется отыграться. И она, вдруг, согласилась встретиться здесь же, через день. Моя душа пела и играла немыслимые мелодии. Посветлело, сам не знаю от чего....
Я радовался. Такого мне давненько не доводилось испытывать.

Через день, чуть не опоздав к назначенному часу, я нетерпеливо заскочил в билльярдную: её там не было. Битых два часа, я уныло гонял шары по зеленому сукну, отбояриваясь от пьяненьких знакомых коммерсантов. Потом, плюнув на все, поднялся на второй этаж, где уже во всю бухала незатейливая музыка: "тырц-пырц". И, подходя к одной из барных стоек, увидел её. Она сидела на стульчике, подперев голову ручкой и бездумно глядя на выкаблучивающуюся молодежь. Перед ней стоял фужер.
Незаметно подсел, заказал коньяку, и тронул ее за плечо. Девушка резко обернулась, но потом движения стали плавными и расслабленными. "Здрассти - здрассти"...

Она развернулась ко мне, мы сидели "колени в колени". Осведомляюсь:
- Почему не в бильярдной?
- Сегодня отдыхаю....
- А позавчера, разве не отдых?
Девушка улыбнулась и царапнула меня по подбородку наманикюренным ноготком:
- Позавчера я была на работе, не обижайся.
Я ненадолго смутился:
- Какие обиды? Игра есть игра.
- Да уж, мы все во что-нибудь, да играем...

Так завязалась беседа.
Она подогревалась коньяком и фисташками. И - странное явление - я незаметно для себя перестал "заливать баки", то бишь, врать. Откровенничал напропалую, без всякого позёрства и спеси. Говорил-то почти только я, а дама умело задавала вопросы, постепенно способствуя обоюдному сближению.
Незаметно подступил вечер. Как мне показалось - ни она, ни я не стремились расстаться. Девушка опередила меня в предложении провести остаток дня в более непринужденной обстановке - почти желанным приказом прозвучало:
- Едем ко мне...

Через минут сорок, в одном из спальных микрорайончиков нашего городишки, передо мной отворилась дверь небольшой, чистой и уютной квартирки, выдержанной в пурпурных тонах: тяжелые портьеры на окнах, велюровый вальяжный диван и ковер на полу гармонировавшие со столиком "под вишню". На столе теплился букетик из сухостоя. Немедленно был подожжен ароматизатор из индийского сандала и аромат чадящей палочки защекотал нос.

Мы неторопливо расположились за столиком.
Я удобно утонул в кресле, она, поджав ноги, уселась на диване, предварительно притащив из кухни кофе и водку. Теперь роли поменялись: настал её черед окропить слезами мой жилет.
Я многое узнал, совершенно трезво представив себе оставшуюся один-на-один с жизнью молодую девчонку, рано потерявшую родителей, которая для того, чтобы оплатить свою учебу в университете, зарабатывает на это нехитрым, но тяжелым путем игры в бильярд, скитаясь в одиночестве по немногочисленным бильярдным нашего городишки. Про "крышу" я даже не заикнулся, зная наверняка, что её не может не быть....

Мне стало как-то тоскливо. Видимо, она это почувствовала, и сказала:
- Ну, все, пора спать...
Раздавленный тоской и усталостью, я поплелся в коридор, но сзади укоризненно прозвучал голос хозяйки квартиры:
- Ванная слева. Синее полотенце - твое.
Как зомби, я стоял под душем, абсолютно трезвый и опустошенный, с одним лишь желанием - треснуть водки и забыться: мне было явно не по себе.

...А рано утром, стыдясь прямо глянуть в её глаза, нетерпеливо выпил коньяку и уже успокоившись, прихлебывал черный ядрёный кофе.
Немного развезло. Уже одеваясь, поинтересовался:
- Может, встретимся чуть попозже?
- Нет, забудь, что ты был здесь.
- Почему? - я искренне удивился.
- Потому что я могу привязаться к тебе.
- Ну и что? Это разве плохо?
- Тебе этого не нужно, а мне тем более.
- Но почему? - еще более удивился.
- Потому что это может повредить работе, а мне еще учиться почти два года.
- А как же сегодняшняя ночь? - я опешил.
- Это просто небольшой подарок собственному организму и душе, что бывает очень редко, да и то в двух случаях.
- Из каких двух случаев? - я просто растерялся от сказанного.

Девушка немного помедлила, смутилась, и произнесла:
- У меня бывают два случая. Первый для души... - она запнулась. - А второй, как моральная компенсация за проигрыш соперника.
Она снова, как в бильярдной царапнула мой подбородок крашеным коготком, поцеловала в щеку и невнятно произнесла:
- Ты очень хороший, ты все поймешь.

Дверь захлопнулась за мной. В полудрёме выловил тачку, заехал в магазин, прикупил водки и безобразно напился в офисе. Мне было стыдно и мерзко, как рефлексирующему подростку, который первый раз побывал с женщиной в постели...

P.S. Задаюсь вопросом: и все-таки, что же это было?
Для души или же для компенсации проигравшего? Не знаю....
Просто вспомнил, что на ней были надеты НАСТОЯЩИЕ ЧУЛКИ с НАСТОЯЩИМИ ПОДВЯЗКАМИ, и даже в спальне она меня "обыграла" со счетом 2:1 в её пользу.