мае ваш покорный слуга, как и многие-многие тысячи любителей музыки, сделал выбор в пользу канала ОТР, после трансляции конкурса песни «Евровидение-2001». И, хотя результаты его были известны ещё накануне, пропустить это зрелище я не мог.

Скажу сразу, ничего более отстойного, чем пение Ильи Лагутенко на английском языке, я не слышал! До сих пор не могу догнать: с чего так прёт на сцене Мумий Троллей? Ну, не с овсянки же? По крайней мере, то оживление, что царило на сцене во время выступления представителей нашей страны, было начисто лишено не только элементарных вкуса и культуры, но и какой-либо постановки и хореографии. А дрыгались они неистово и исступлённо, очевидно, перепутав международный конкурс с выступлением в московском клубе.

Прибавьте сюда ещё дегенеративную улыбку, не сходившую с уст господина Лагутенко и его английский для восьмого класса и станет ясно почему российскую попсу постигло очередное фиаско на международном уровне. К тому же, и песню-то Тролли выбрали, что называется мимо кассы: уже как два года, прошла на Западе мода на подобную музыку. А итогом всему этому безобразию не второе, как в прошлый раз Алсу, и не третье, и не девятое (как некогда у Юдифь), а двенадцатое место на Eurovision 2001.

Если не задаваться вопросом, кто дал денег для участия в конкурсе Илюше и сколько дали, то говорить больше не о чем. Облажались... Могли бы облажаться и в прошлом году, но тогда в Европе шло повальное увлечение педофилией и наши продюсеры удачно угадали с Алсу. В этом году такой фокус не прошёл: интерес к педерастии, а тем более к ЛСД, на Западе пережил свой пик ещё лет десять назад.

Справедливости ради надо отметить некоторые серьёзные проколы самого конкурса, которые бросались в глаза, как голодный кот на солёную кильку с луком. Первая такая кикса чисто техническая. Как известно, по правилам Eurovision, все исполнители поют живьём, под инструментальную фанеру, то есть - «под минус». С одной стороны, справедливо: петь перед всей Европой надо «вживую». С другой стороны - задача для звукооператоров и инженеров трансляции необычайно упрощается: обеспечить качественное звучание лишь для вокалистов.

Делается это просто: на предварительных прогонах настраиваются и записываются в банки памяти пультов и процессоров пресеты на каждого исполнителя, чтобы во время самого шоу не заморачиваться с уровнями атаки и спада. Но звук датского Eurovision 2001 был далёк от стандартов технического совершенства: прозрачный, не компрессированный, не деэссированный, местами плоский и, как говорится среди профессионалов, «невкусный».

Кстати сказать, и в прошлом году, были претензии к звуку - достаточно вспомнить, что нашу Алсу местами было просто не слышно и голосок российской квази-девственницы заглушали и фонограмма, и люди на подпевках. Что это - небрежность или недостаток опыта?

Второе, на что не хотелось смотреть, это хореография на подтанцовках. Нет, не то, чтобы совсем на любительском уровне, но дёшево как-то, скучно и часто несинхронно. Уж для мероприятия такого уровня могли бы пригласить кого-нибудь вроде Полы Абдул (Paula Abdul), у которой есть опыт в подобных делах.

Что касается победителей из Эстонии, то тут можно подкинуть нашим продюсерам один дельный совет: дать российское гражданство, например, Эдди Гранту (Eddy Grant) или Робби Уильямсу (Robbie Williams) и заявить избранника на Eurovision-2002 дуэтом с Муратом Насыровым или Юлианом. Или скрестить наших «Стрелок » с Дженифер Батлер (Jennifer Battler). Я бы, кроме шуток, попробовал заявить группу «Конец Фильма», усиленную Аланом Силсоном или Крисом Норманом, с песенкой «Кто такая Элис?». Причём, петь по очереди - куплет по-русски, куплет по-английски. Первого места не обещаю, но почётное пятое мы отхватим, как два байта переслать! Хоть не так стыдно будет.

Впечатления от позорного провала на Евровидении-2001 унесли в воспоминаниях к ещё одному минувшему событию празднованию Дня Победы. То, что пришлось смотреть и слушать 9 мая на наших телеканалах и радиостанциях вообще не лезло ни в какие ворота.

Хорошие, но изрядно заезженные фильмы Леонида Быкова «Аты-баты, шли солдаты» и «В бой идут одни старики» были, наверное, единственным, что можно было посмотреть по ящику. Хотя нет, ещё один достойный фильм я всё-таки узрел в программе ОРТ: «Горячий снег».

Всё остальное уместно скорее для заполнения предпраздничной недели, чем для программы самого праздника. Нет, понятно конечно, что не всякий здравомыслящий телепродюсер поставит в сетку вещания бездарно и безжалостно искромсанную и дёшево смонтированную господином Озеровым эпопею «Освобождение». Но существуют ведь и другие прекрасные фильмы о войне: «Батальоны просят огня», «Государственная граница», « Офицеры», «Два бойца».

Музыкальные программы, увиденные в этот день, ещё раз убедили меня в одном: петь у нас умеют только Кобзон, Зураб Соткилава и Людмила Георгиевна Зыкина. Концерт Гарика Сукачёва был, хоть и хорош, но не совсем к месту. Но больше всего удивили радиостанции. В такие дни, как 9 мая, считается хорошим тоном вводить в прайм-тайм специальный формат, рассчитанный на совершенно определённую категорию слушателей - ветеранов войны и труда, людей старшего поколения. Так принято.

Это, как в футболе: пнуть мяч за боковую, когда кто-то из соперников получил травму. Однако, по местным станциям шла сплошная веселуха, а сетевые даже не удосужились выключить музыку или рекламу во время минуты молчания. На «Эхе Москвы», то ли Корзун, то ли Бунтман, вообще поздравляли родных и знакомых. Согласен, что нынешнее поколение руководителей СМИ не столь остро чувствуют особую атмосферу этого праздника, ибо родились и выросли уже после войны. Но уважать историю своей страны и тех людей, которые эту историю делали, надо...

И ещё пара слов устроителям трансляции Eurovision-2001.
Первое, но не самое главное: не надо приглашать на озвучку подобных мероприятий таких звёзд, как господин Михайлов. Язык, конечно, у него подвешен хорошо, но патологическая страсть радио-ди-джея «понтоваться перед микрофоном» порой просто бесит.
Второе, и главное. Хотелось бы спросить у устроителей этого показа: а какой смысл показывать нам программу в записи, когда весь смысл оной заключается именно в прямой трансляции?
И, наконец, третье ...так, попутно. Поменьше помпы в рекламе таких проходных конкурсов, как Eurovision. Не шибко какие гранды пробились в люди благодаря участию в нём. Ну, ABBA ...и всё, вроде. Остальные так и остались халифами на час, день или, в лучшем случае, на год.

И вообще, телевидение у нас потихоньку превращается в отстойник для дешёвых рекламных роликов да щедро оплаченных предвыборных программ. Мировой хоккей нам уже не показывают. Мировой футбол тоже. Звёзд мирового шоу-бизнеса, рок и поп-кумиров всё реже и реже. Фильмы старьё. Да, и смотреть их уже невозможно: на полтора часа каждого боевика в нагрузку нам подают сорок минут рекламы. На РТР вообще оборзели: из пятидесяти пяти минут очередной серии «Затерянного мира» чуть ли не половина времени заполнена рекламными блоками!

А смотреть музыкальные программы (тем более записывать их на видео!) вообще невыносимо из-за рекламной информации в бегущей строке. Хочу напомнить тем кретинам, которые занимают кресла редакторов и администраторов на ТВ, что их бегущие строки накладываются на титры видеоклипов, что, выражаясь языком «Закона о рекламе», мешает восприятию самих программ.

В народе говорят, что месяц май вообще самое опасное время в году. Например, в мае нельзя жениться, чтобы потом «всю жизнь не маяться». Телевизор в мае, видимо, тоже лучше не смотреть. Чтобы окончательно не тронуться. Лучше - слушайте радио. Хотя, и там, порой, бывает тошнёхонько...

Так что, будем ждать июня, благо до него рукой подать!

JOHNNY