Путешествие медленно, но неотвратимо
приближалось к концу. Последним пунктом нашей
увлекательной программы был приграничный с
Мексикой, курортный городок Сан-Диего, в котором
у Тани Ребрик проживала хорошая подруга с семьей
и, которая, в свою очередь, согласилась принять
нас на два дня.
У нас имелся адрес Марины, телефон и все те же,
неизменные карты, по которым мы уже исколесили
половину Калифорнии, немного Невады и даже
задели Аризону. Про Сан-Диего я знала, что это
маленький тихий городок, что там полно пляжей и
что именно в нем расположен самый большой в мире
зоопарк. Исходя из этого мы составили культурную
программу: лежать у моря-окияна без целей и
мыслей как можно дольше, провести день в
зоопарке, поставив "галочку" напротив графы
"Были ли вы в самом большом в мире зверинце?", и
наслаждаться последними беззаботными днями, как
можно сильнее.
Итак, поплутав немного по Лос-Анджелесу, мы
выехали в правильном направлении. Перед нами
лежал путь по 5 фривею, шедшему вдоль
побережья Тихого океана. Этот отрезок
путешествия оказался самым насыщенным
потрясающими видами. Бескрайний, как и положено
ему по статусу, океан, пальмы и прочая
теплолюбивая флора, прибрежные домики и виллы,
бесчисленные катера и парусники, живописные
гавани, и пляжи, пляжи, пляжи...
На дороге часто встречался странный знак:
семейка, перебегающая шоссе. Муж ломал голову,
что бы это могло значить. Впоследствии наш
знакомый американец объяснил, нелегалы из
Мексики иногда перебегают тут дорогу и
гибнут под колесами, а потому водителей просят
быть внимательными. Добрые такие шутки, человека
с американским паспортом.
Места же были действительно потрясающие. Это
побережье было просто создано для безделья и
неги, для праздного лежания на песке. Указатели
на дороге направо предлагали в основном пляжи и
очень редко города, от количества Бичей рябило в
глазах. Указатели налево приглашали... ой, в
Санту-Барбару! Натурально в Санту-Барбару! Я,
правда, не то, что не являюсь фанаткой
сериала-рекордсмена, но вообще не знаю ни имен
героев, ни основы интриги. Но, тем не менее,
дорожный указатель "Санта-Барбара" участил
дыхание и зажег блеск в глазах. Некий, если не
ошибаюсь Мейсон, красавчик и любимец сериальных
дам, живет совсем рядом.
Впрочем,
Санта-Барбара нас привлекла существенно меньше,
чем очередной указатель на пляж Sun Set Beach. Погода
благоприятствовала любви, как писали классики, а
мы решили отдаться в вязкие лапы лени.
Мы выбрали пляж наугад, припарковали машину, и
прихватив с собой только маленькое полотенце,
пошли к воде. Это был не залив, как в
Сан-Франциско, это был настоящий Тихий океан.
Океан уходил в никуда, как Великий Каньон. Волны
собирались где-то вдали, пенились, колыхались и,
вздымаясь бирюзовыми живыми холмами, размеренно
и важно двигались к берегу. Вновь пошли
философские мысли о величии природы.
Сколько раз за последние десять лет, а получилось
так, что именно столько времени я не отдыхала, я
думала и говорила о том, как мне хочется выйти к
морю, лечь на горячий песок пляжа, предварительно
окунувшись в воду и, прилипнув к песчинкам,
закрыть глаза и лежать, ни о чем не думая. И вот,
наконец, оно, счастье. Свершилось! А от осознания
того, что сия пучина даже не Черное море, а
реально Тихий океан, сердце 
начинало радостно беситься в груди, и мир
облачался в такие же бирюзовые тона, как и волны.
Правда, мы понесли потери. Здесь умер наш
фотоаппарат. Трудолюбивая, неприхотливая
кодаковская "мыльница" из излишеств имевшая
только автоматическую перемотку пленки,
глотнула соленой океанической воды примерно в
этот момент, изображенный на снимке. То есть,
разумеется, виноват муж. На меня засмотрелся, а
может, надеялся, что сия пучина поглотит его
дорогую женушку.
Вдаль, в 
бирюзовую
гладь уходил длинный деревянный мост и обрывался
симпатичным ресторанчиком. Мы пошли прогуляться
босиком по этой деревянной палубе, не торопясь, в
своей праздности, и рассматривая таких же
празднобродячих людей. По другую сторону моста
бесились серфингисты. Толстый волосатый дядечка,
как престарелый рокер, потерявший свой мотоцикл,
лежал пузом на ярко красной доске и сквозь очки
для ныряния пристально смотрел вперед, на
собирающуюся, как складочка на юбке, океанскую
волну. Он пытался рассчитать поточнее, когда
волна достигнет места его дислокации и в какой
момент лучше всего на нее взгромоздиться. Костюм
дядечки такой же ярко красный, как и доска.
Остальные серфингисты потоньше, но тоже яркие,
как пасхальные яйца, покрашенные советскими
пищевыми красителями.
День постепенно превращался в вечер. По
примерным расчетам, до места назначения нам
оставалось около двух часов автомобильного ходу.
Мы не торопились, солнце стояло еще достаточно
высоко, что бы мы стали опасаться наступления
темноты и, как следствие, сложностей на дороге.
Согласно имеющегося у нас описания пути, мы
должны были свернуть с теплого уютного хайвея на
пятую ... или пятнадцатую... Короче говоря, едем.
Расслабленные, нагретые калифорнийским солнцем,
обласканные тихоокеанскими волнами, глупые и
счастливые. Едем и, дураки такие, радуемся.
Обещанный курортный Сан-Диего промелькнул за
бортом нашего автомобиля, необходимого
указателя не было. Настойчиво темнело. Мы стали
немного нервничать.
- Смотри, как интересно называется парк
"Национальный парк Государственная
Граница". Мы возле границы?
- Не совсем, до Мексики отсюда должно быть еще час
езды.
А искомой улицы все нет. Хочу обратить ваше
внимание, дорогие читатели, на то, как
отыскиваются необходимые дороги и направления
на бессветофорных фривеях соединенных
американских штатов. По обеим сторонам дороги
висят многочисленные зеленые таблички, на
которых желтым и покрупнее написано EXIT, что
означает выезд, а помельче - название города или
улицы. Типа, "Выезд в Санта-Барбару" или
"Выезд на улицу красных деревьев".
И вот мы едем, нервничаем все больше и больше, и
напряженно всматриваемся в эти желто-зеленые
указатели. Ничего похожего. Скорость нормальная,
не для торможения. И вдруг я вижу стремительно
убегающую табличку ярко зеленого цвета с
лаконичной надписью - "LAST EXIT USA" и
соответственно узкую асфальтовую дорожку вбок.
- Андрей, это ПОСЛЕДНИЙ выезд во всю Америку!
Тут я увидела лицо патриота и гражданина, немного
агрессивного в собственном русофильстве,
убежденного сторонника жизни "там, где родился
и там, где друзья", когда ему серьезно говорят,
что сейчас у него самая последняя возможность
выезда в США. Повинуясь инстинкту, человек резко
выворачивает руль в сторону выезда. Это потом уже
он начинает рассуждать о том, умирать (?!) надо там,
где его произвели на свет, взвешивать все за и
против, а вот если у него перед глазами такая
табличка и три секунды на размышление... Эта
тирада даже не о муже, это общие рассуждения. Муж,
наверняка, будет злиться, читая этот абзац.
Громко переживая тот факт, что за здорово живешь,
чуть не въехали нелегально в Мексику, мы
добрались до первой заправочной станции, откуда
муж предпринял удачную попытку позвонить Марине.
Трубку взяла ее старшая дочь Маша, невеста лет
девятнадцати или чуть побольше. Муж поведал ей о
наших бедах и Маша, сообщив, что находимся мы черт
знает где, стала объяснять, как все же добраться
до дома.
- Дирекшионс на Вест Чарльстон роуд, потом сразу
за Тако Бел налево, -говорила Маша.
Позже муж обиженно жаловался мне:
- Ну, ты представляешь, каково это новое
поколение! Я ее спрашиваю, что такое Тако Бел. А
она вместо ответа спрашивает меня, давно ли я в
Америке. Первый день или второй. Я говорю, что
третий раз и каждый раз почти по месяцу. А она
смеется. Ну откуда я могу знать, что такое Тако
Белл? Город, улица, марка велосипеда или приют для
кошек?!
- Я тоже не знаю, что такое Тако Белл... - попыталась
успокоить я мужа. - Разберемся по ходу.
Мексиканец, торговавший в магазинчике при
заправке, куда мы зашли взять кофе, на наш вопрос
о границе сообщил, что никаких постов при въезде
в Мексику из США нет, и мы бы так и просвистели в
другое государство. Впрочем, он сказал, что мы бы
очень быстро поняли, что что-то произошло. Есть
один точный индикатор - качество дорог.
- А обратно? - спросил, оживившись, муж, который уже
явно строил безумные планы посещения дешевых
мексиканских борделей.
- А обратно уже есть посты, - улыбнулся мексиканец.
Пока мы ехали, Смирягин все же предлагал для
прикола сгонять в Мексику, аргументируя свое
предложение фразой: "Когда еще побываем". Я
его, разумеется, отговаривала, ибо была уверенна,
что при въезде у нас возникнут трудности. Хоть у
нас и были многократные въездные визы, но с
Мексикой у нас лично не было никаких соглашений и
мы не были, конечно, гражданами США, которым
дешевые мексиканские бордели доступны без
виз.
Собственно на этом наши злоключения закончились.
В темноте, в смысле в свете ночных фонарей, на
которые, слава богу, американцы не скупятся, мы
все же добрались до дома Марины. Когда же мы
искали последний поворот, я обратила внимание на
закусочную, на вывеске которого красовался
большой малиновый колокольчик и сообщение, что
эта кафешка и есть часть системы общепита Тако
Белл, распростершихся по всей Америке. Так вон он
какой, дедушка Ленин! Разумеется, мы тысячу раз
видели эту малиновую картинку. Так кто ж обращал
внимание на буквы!